Интернет-журнал о дизайне и архитектуре
5 марта 2019 г.

Татьяна Кнороз: «Мы строим дома, чтобы жить зимой, а японцы – чтобы жить летом»

Татьяна Кнороз – молодой архитектор, учится в магистратуре Политехнического университета Милана (AIUC). Сейчас она проводит исследование по обмену в университете Киото. О японской архитектуре Татьяна может рассказывать часами. Особенно о местных «хрущёвках» – данчи, которые стали предметом её исследования. Редакция BERLOGOS выяснила у архитектора, в чём своеобразие японского жилого строительства и можем ли мы что-то перенять.

– Татьяна, Вы несколько лет учились в Италии. Почему всё-таки решили исследовать архитектуру Японии?

– На втором курсе университета наши преподаватели стали часто цитировать японских архитекторов, советовали что-то у них копировать. Я увлеклась этими необычными проектами, искала их на Pinterest и собирала информацию. Я пыталась понять, в чём секрет их самобытности, но мне этого не удавалось. Даже тематическая литература не помогла разобраться.  Вслед за своим увлечением я выбрала темой диплома послевоенную жилищную архитектуру Японии. Уже после этого я поехала учиться по обмену в магистратуру в Токио. Только на месте я поняла всю логику жилых построек японцев.

Пригород Токио, Тиба, апрель-май

– Что Вы выяснили? Насколько сильны отличия японского жилого строительства от российского?

– Основные черты японской жилой архитектуры – минимализм, технологичность и адаптивность, пространственная эксцентричность (эксперименты в интерьере), связь с природой, милота и миниатюрность. В Токио летом невероятно влажно. Отсюда и взялся минимализм. Нужно максимально проветривать своё жилище, не должно быть никаких лишних шкафов и вещей. И как бы ты ни старался, всё равно какие-то части дома, например, бумажные перегородки fusuma, заплесневеют. Всё должно быть модульным. Никакой краски и лишних украшений. Вся мебель – аксессуар. Вытащил футон – поспал, затем убрал. Сад и дом неотделимы друг от друга. Японцы всегда играют с фрагментами открытых пространств в пределах дома. Они любят осознавать, что они находятся и не внутри, и не снаружи, связаны и с домом, и с природой.

Университет искусств вТокио

Токио

– Можем ли мы что-то заимствовать?

– У нас эти решения не приживутся. Мы строим дома, чтобы жить зимой, а они – чтобы жить летом. У них даже нет централизованного отопления, они ставят обогреватель или пользуются электрическим одеялом. По всей Японии большая проблема – ты покупаешь дом, и через 15 лет он не стоит ничего. Поэтому все в стране строят для себя любимых и не думают о продаже.

Пригород Токио, Тиба, апрель-май

– Есть ли отличия в материалах, которые используют в Японии?

– Конструктивные решения сильно отличаются. Из-за частых землетрясений нельзя строить из камня, всё строится из дерева и стали. Бетон в жилых постройках используется редко. Постепенно возрождается традиция использовать бамбук в отделке. Особенно его любит использовать архитектор Кэнго Кума.

– Кстати, какие архитектурные проекты Японии Вам импонируют?

– Их довольно много. Как только я приехала, я решила найти все знаковые штучки с Pinterest. Например, House NA Су Фудзимото. Это абсолютно прозрачный дом, и непонятно, как там люди живут. Этажи здания перекликаются: первый с четвёртым, второй с третьим, и так далее. На картинке – всё белое и идеальное. Но когда я туда пришла, я увидела, что металлические ножки в ржавчине и пыли, а окна занавешены.

House NA, Су Фудзимото

Другой проект – Garden & House, который построил Рю Нишизава. Картинка опять не совпадает с реальностью. Там то же самое: всё серое и заросло растениями, хотя стоит буквально 9 лет. Так часто бывает с подобными проектами.

– Вы изучаете массовое жильё, японский аналог «хрущёвок». Почему Вы заинтересовались этой темой?

– Данчи – это типовое послевоенное жильё, которое японцы не любят афишировать. Там живут низкие слои населения. Это социальное жильё, люди платят по 20 евро в месяц за трёхкомнатную квартиру. И всё равно половина пустует. Его часто сносят. Но данчи были построены в таких количествах, что быстро не снесут, ещё есть время что-то улучшить. Я буду делать документальный фильм об этом.

Данчи

Во-первых, мне интересно изучать проблему, как она сейчас представляется, во-вторых, мой проект будет включать набор схем, как можно улучшить такие типовые постройки. Я собираюсь его проработать на Японии, но так как проблема есть и в России, и в Италии, этот проект может быть актуален и за пределами Японии.

Данчи

– Столкнулись ли Вы со сложностями в работе? Как жильцы данчи относятся к Вашим исследованиям?

– Сложностей хватает. Девять месяцев я не могла найти ни одного человека, который живёт в данчи. Многие люди стесняются говорить, что родственники и знакомые живут в таком месте. Мне удалось познакомиться с местным режиссёром артхаусного кино, он снимал эти «хрущёвки». Он позвал меня на собрание жильцов такого жилого комплекса. Сначала около двух часов жильцы на все мои вопросы о том, что нужно улучшить в их домах, отвечали, что их всё устраивает. Это их менталитет: не жаловаться. Потом выяснили, например, что на кухне – холодная вода, в зданиях нет лифтов, пожилым людям сложно спать на татами, и стиральные машины стоят на балконе.

Данчи

– Когда Вы планируете закончить исследование?

– Исследовательскую часть – до сентября: обрисовывание ситуации, интервью с людьми. С ММОМА мы договорились о цикле лекций о типовом жилье по итогам этого этапа. К тому моменту я закончу документальный фильм. Чертежи я планирую подготовить к февралю.

– Почему Вы исследуете данчи? Наверное, не только для того, чтобы улучшить жизнь местных? Может, проще было бы всё снести?

– Знаковые вещи нужно оставлять. А это знаковая вещь. Итальянцы уже считают свои послевоенные постройки наследием, а японцы ещё нет. Они считают, что это жильё надо снести – ему уже 60 лет. Я считаю, что всё сносить не надо, потому что память о городе очень важна. После экономического бума был недостаток жилья. И для них данчи были прорывом: наконец-то мы модернизируем страну и можем вознести средние слои населения на новый уровень. Стояли огромные очереди на заселение. Даже лотереи устраивали. Люди годами ждали возможность просто снимать там квартиру. Осталась память, как это было круто, и то же самое и у нас. Хочется оставить какие-то вещи, чтобы ты чувствовал связь со своим прошлым. Японцы отвергают эту систему, я хочу им это показать.

Текст: Макарьева Маргарита

Комментарии

Оставить комментарий:

Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи.

Другие интервью

© 2010—2019 Berlogos.ru. Все права защищены Правовая информация Яндекс.Метрика design Создание сайта