Интернет-журнал о дизайне и архитектуре
13 мая 2014 г.

Екатерина Елизарова: как я стала участницей ISaloni и познакомилась с Марселем Вандерсом

Екатерина Елизарова – из тех редких дизайнеров, которым хватает смелости заявлять о себе на международной арене. Она признается, что не была образцовой студенткой УГАХА, не училась промышленному дизайну (окончила дизайн интерьера). Главный урок, который помогает ей в жизни: никогда не ограничивать себя каким-либо рамками, всегда мыслить шире, избавляясь от шаблонов и стереотипов. Сегодня ее предметы интерьера отмечены многочисленными международными наградами. Но одним из самых ярких событий в ее дизайнерской карьере стало недавнее участие в знаменитой миланской выставке ISaloni.

Екатерина Елизарова: как я стала участницей ISaloni и познакомилась с Марселем Вандерсом
 

Екатерина Елизарова – из тех редких дизайнеров, которым хватает смелости заявлять о себе на международной арене. Она признается, что не была образцовой студенткой УГАХА, не училась промышленному дизайну (окончила дизайн интерьера). Главный урок, который помогает ей в жизни: никогда не ограничивать себя каким-либо рамками, всегда мыслить шире, избавляясь от шаблонов и стереотипов.
Сегодня ее предметы интерьера отмечены многочисленными международными наградами. Но одним из самых ярких событий в ее дизайнерской карьере стало недавнее участие в знаменитой миланской выставке ISaloni.




- Екатерина, вас хорошо знают как дизайнера интерьеров. Почему вы вдруг начали придумывать мебель? И когда у вас появилось желание попробовать себя в качестве предметного дизайнера?


- Я действительно начинала с дизайна интерьеров и продолжаю этим заниматься. Просто в какой-то момент пришло осознание, что мне неинтересно использовать в своих объектах то, что уже придумано другими. Это не совсем дизайн, а больше декораторство. Я не в полной мере реализовывала свой творческий потенциал. Поэтому примерно три с половиной года назад я начала проектировать собственную мебель и воплощать ее в жизнь.

- Почему вы отказались от сотрудничества с местными производителями мебели и занялись поиском партнеров в Италии? Это ведь наверняка более сложно – договориться с зарубежной фабрикой.

- У меня не было принципиальной позиции работать только с зарубежными производствами. Изначально мы вели переговоры с самыми разными компаниями, в том числе – производственными мастерскими Екатеринбурга. Но, к сожалению, среди наших производителей даже компании с хорошим портфолио не смогли обеспечить нам нужное качество.



Реализуя один из интерьерных проектов, мы поровну поделили объем работ между итальянским и нашим производителем. Местную компанию мы выбирали очень тщательно. У нее было много успешно реализованных объектов, и мы не сомневались, что она справится с поставленными задачами.
Условия для обеих сторон были одинаковые: за три месяца предстояло произвести, привезти и установить мебель. Только итальянцам это было сложнее, поскольку им нужно было закончить работы намного раньше, чтобы в эти сроки груз успели доставить, пройти таможенный контроль, самим приехать сюда и установить мебель (они никому не доверяют монтаж).

По факту, когда итальянская часть работ была полностью закончена, наши производители привезли на объект буквально 5% от всего объема, который нужно было выполнить. Ну и помимо этого, результат выглядел весьма небрежно. Большинство моей мебели имеет покрытие идеальным глянцевым лаком. И, к сожалению, у нас еще не понимают, каким образом это сделать идеально. Даже на пробных выкрасах под лаком виднелась пыль, какие-то мелкие волоски. Для меня это неприемлемо.

Поэтому сейчас я работаю с итальянскими производствами. С ними я уверена, что моя мебель будет изготовлена на должном уровне. К тому же, мы не останавливаемся на достигнутом. У нас появляются новые идеи, мы усложняем конструкции и формы, добавляем в мебель новые материалы, вводим сложные лакировки – и мне важно, чтобы наши партнеры имели достаточный опыт и могли выполнить любые наши задумки. Те производства, с которыми мы сотрудничаем, в третьем, а то и в пятом поколениях занимаются работами по дереву, по металлу, по мрамору. У них есть свои хитрости. И работая с ними, мы сами развиваемся и каждый раз узнаем много нового.





- Когда вы говорите «мы», вы кого имеете в виду?


- Говорить только «я» было бы слишком эгоистично, потому что очень много людей помогает мне в моем большом деле. Это и ребята из моей студии, и мои итальянские партнеры. Создание мебели – труд одной большой команды, поэтому я часто говорю «мы».

- Расскажите, как вы решили заявить о себе на международной выставке? Это же первый для вас подобный опыт?


- За границей мы работаем не первый год, поэтому там меня, конечно, знают. И в какой-то момент мне предложили попробовать, причем пригласили поучаствовать на двух площадках сразу. Я согласились, ведь у нас есть что показать, каждый продукт сделан на достаточно высоком уровне. Мы выставили свои работы на ISaloni Satellite и на Ventura Lambrate. Для каждой выставки – свои коллекции, в соответствии с выставочной концепцией. Для ISaloni скорее коммерческие продукты, а для Ventura Lambrate – арт-объекты. Кстати, в последнем случае получился такой игровой дизайн – интересная вневременная консоль с двумя вращающимися зеркалами. Мы даже сами не ожидали такого результата: когда воплотили ее в жизнь, пришли в полнейший восторг. Идеальная лакировка, 100% глянец, покрытие как у фортепиано (впрочем, практически как у всей остальной мебели, которую мы представляли в Милане).


Консоль "Пришелец" на Ventura Lambrate

Консоль называется «Пришелец». И она действительно оправдывает свое название, поскольку совершенно не понятно, когда она был сделана – вчера или сорок лет назад. Ее забрали у нас прямо после выставки и увезли в галерею Тревизо, на север Италии. Она будет стоять в галерее-шоу-руме.

- Вы первый раз были на ISaloni как участник, а не как зритель. Прочувствовали эту атмосферу изнутри. Какие у вас самые яркие эмоции?

- Участие в ISaloni для меня колоссальный опыт и большое испытание, потому что это действительно трудно. Прежде всего, трудно туда пробиться. Например, для участия в основной зоне ISaloni Satellite десятки тысяч молодых дизайнеров со всего мира присылают свои заявки. И для начала нужно пройти этот отбор, твои продукты должны иметь высокий уровень идеи, подачи, производства, отделки. Попутно это целая бюрократическая волокита. Полтора месяца мы просто заполняли бумаги для того, чтобы участвовать в выставке! Каждый продукт должен иметь свой сертификат. И не столько целый продукт, а каждый материал в отдельности, который использован при производстве, каждый вид отделки. Этим занимается отдельная организация, и после всех процедур она на трех листах выдает сертификат соответствия европейского стандарта с печатями, со своей лицензией, что все соответствует заданным критериям.

Сама выставка – тоже своеобразная проверка на прочность. К тому же, у нас было две площадки в разных частях города. Машины у нас там не было, а чтобы поймать такси во время выставки, нужно выстоять километровые очереди. Поэтому мы ходили пешком, возвращались всегда очень поздно и крайне уставшие. Но, несмотря на это, было очень здорово. Мы обрели много новых друзей – по соседству с нами были стенды дизайнеров из Финляндии, Бразилии, Китая, Японии. Нас окружали талантливые ребята из разных уголков мира. Было много общения с ними, с посетителями, с прессой.


Стенд Екатерины Елизаровой на выставке ISaloni

Отдельно стоит отметить высокий уровень организации выставки ISaloni. Когда ты приезжаешь на все готовое, это один эффект – все помпезно, очень красиво. Но мы увидели ее с другой стороны, как будто она только проснулась, с растрепанными волосами. Мы видели, как она приводит себя в порядок. Когда павильоны превращаются в муравейник из строителей, отовсюду слышна такая колоритная итальянская «лексика». Мы наблюдали за этим и до последнего думали, что они не успеют закончить. Но случилось просто какое-то волшебство. Они за ночь сделали невозможное, и к моменту открытия утром Fiera Milano предстала во всем своем парадном величии, со своими лощеными стендами. Для нас это было невероятно.


За пару дней до открытия

- За время работы выставки повстречались вам какие-нибудь знаменитости?


- Самая интересная встреча произошла на третий день выставки, уже под самый занавес. Мы тогда уже не ожидали, что может произойти еще что-то интересное, поскольку день итак был насыщен всякими событиями. Мы устали от интервью и съемок и практически закрывали свой стенд, когда вихрем мимо нас пронесся Марсель Вандерс вместе со своей свитой, сначала в одну сторону, потом в другую. А затем он развернулся и подошел ко мне. Это очень приятный момент для дизайнера, когда такой величины мастер оценивает твои работы. Вандерс был на моем стенде, смотрел мою мебель. Я ему рассказала про основную концепцию, процесс создания и материалы. И то, что в зоне конкурса Satellite стоит мой барный стул из серии «Ангелы и Демоны». А он ответил: «Я видел твой барный стул, я его заметил». Конечно, для меня это было очень приятно. Он пожал мне руку, сказал, что это достойно, и помчался дальше. Я в тот момент даже не успела до конца оценить, что произошло, но это было круто.


Барный стул "Ангелы и Демоны", выставленный в конкурсной зоне


Стенд Екатерины Елизаровой посетил не только Марсель Вандерс, но и другие знаменитости - например, Александр Воронов из Екатеринбурга

- Что дальше? Есть желание переехать в Европу, начать работать там?

- Зачем? Меня здесь все устраивает в плане жизни. Мне совершенно ничего не мешает жить в Екатеринбурге и при этом работать по всей России и за рубежом, ездить на производства, участвовать в конкурсах или других значимых мероприятиях по всему миру. Мне наоборот здесь здорово – это для меня такая точка сохранения. Я приезжаю сюда, здесь все знакомо, все спокойно, размеренно, все процессы под контролем.

Я, конечно, встречаю недоумение, когда знакомлюсь с кем-либо за границей. Все искренне удивляются, когда узнают, что я из России, но не из Москвы и даже не из Питера. Поэтому на выставке меня называли «российским самородком».

К сожалению, в Европе практически никто не знаком с русским дизайном, в особенности с предметным. У нас в стране очень много хороших интерьерных дизайнеров, но даже они известны только в пределах своих городов или в лучшем случае по России. А промышленных дизайнеров мало. И еще меньше тех, кто стремится заявить о себе на мировой арене. Это для меня еще одна причина не менять страну. И оставаясь российским дизайнером, получать признание на международном уровне.

 



Комментарии

Оставить комментарий:

Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи.

Другие интервью

© 2010—2018 Berlogos.ru. Все права защищены. Правовая информация Яндекс.Метрика design Создание сайта