Интернет-журнал о дизайне и архитектуре
10 декабря 2014 г.

Егор Коробейников: «Многие города похожи на бублики»

Управляющий партнер бюро UrbanUrban (Москва) – о новом восприятии городского пространства.

Егор Коробейников: «Многие города похожи на бублики»
 

 


– Егор, почему вы выбрали для себя деятельность, связанную с урбанистикой? Чем заинтересовала вас эта сфера?
– Так исторически сложилось. (Улыбается.) Я родился и вырос в Перми и до определенного момента считал ее лучшим городом в мире. Городом, в котором меня все устраивало. Но в 18 лет я совершил главную «ошибку» своей жизни – побывал в Праге. Вот тогда у меня впервые родилось подозрение, что с нашими городами что-то не так, и чем больше я путешествовал, тем больше в этом убеждался.
Вернувшись в очередной раз из поездки, я стал посещать летнюю образовательную программу «Стрелки», где, собственно, и узнал, что есть специально обученные люди – городские планировщики, архитекторы и дизайнеры, – которые продумывают и просчитывают застройку городов. Для меня это стало настоящим открытием: я вдруг осознал, что существует целая область знаний, предметом которой является изучение города. Мне стало интересно в это погрузиться, но я совершенно не понимал, какое могу иметь к этому отношение, поскольку у меня не было специального образования. В поисках ответа я зашел на Яндекс и набрал слово «урбанистика». Выпало какое-то количество ссылок на «Афишу», The Village, «Большой город» со статьями на эту тему, но единого сайта, посвященного урбанистике, не было. Я подумал: если его нет, значит, его нужно создать. Правда, на тот момент я, опять же, не знал, чем домен отличается от веб-сервера, поэтому пришлось срочно разбираться, и в итоге буквально за пару дней был создан простой сайт на бесплатном шаблоне Wordpress. С этого все и началось. Параллельно возникли сообщества в социальных сетях, и каждому, кто лайкал страницу, я писал личное сообщение с благодарностью. Это сыграло, можно сказать, ключевую роль в развитии, потому что люди стали откликаться, спрашивать, могут ли они как-то помочь мне. Таким образом и сформировалась команда, занимающаяся этим проектом.



– Проект ограничивается только написанием тематических статей или ваши знания имеют и практическое применение?
– Главным нашим продуктом является сайт, где мы стараемся не только представить наше отношение к действительности, но и ответить на два важнейших вопроса. Первый вопрос – «почему все так?». Он помогает нам осмыслить российскую действительность: почему здесь забор, почему тут воткнули высотку, почему продолжают строить панельное жилье, почему торчат провода, почему грязно, почему после укладки нового асфальта образуются лужи. Миллион вещей, которые мы с вами в своей будничной повседневности уже перестали замечать.
Нас интересует логика принятия управленческих решений и общий контекст управленческой системы в России: что стоит за тем или иным феноменом. Это серьезная работа – проникнуть вглубь процесса, раскрыть его изнутри, разбить на этапы, соотнести мнения разных заинтересованных сторон, их мотивацию и общее соотношение с политическим, экономическим, социальными, культурными и прочими аспектами. В нашей рубрике «Почему все так», мы стараемся посмотреть на проблему с разных сторон. Мы не делаем каких-то поспешных заявлений, типа «потому что все разворовали чиновники». Нам интересна точка зрения каждой стороны, потому что когда у тебя есть мнение строителя, мнение профессора, мнение горожанина и мнение представителя власти, то картина начинает складываться.
Второй вопрос, который нас волнует, сформулировал Солженицын: «как нам обустроить Россию?», или, иначе говоря, как реализовать концепцию комфортного города в российских условиях. Для нас UrbanUrban, скорее, исследовательский проект. Мы смотрим, что происходит в мире, что происходит в России, и пытаемся это сопоставить. Хотя, конечно, в какой-то момент становится понятно, что одними текстами вряд ли возможно поменять ситуацию.

– Когда говорят о том, что надо сделать город лучше, невольно возникает вопрос: лучше для кого? Довольно трудно учесть мнения всех сторон. Обычно, делая лучше одним, доставляешь неудобства другим.
– Не существует среднестатистического человека, которому можно улучшить жизнь, ссылаясь на социологические опросы. Это не более чем мантра, которую повторяют чиновники. Прежде чем начинать что-то делать, необходимо выстроить систему приоритетов, понять, для кого ты это делаешь. При этом всегда остается базовая система, некие основы, которые невозможно игнорировать. Если мы сделаем город комфортным для детей и для мам с колясками, увеличив количество съездов и пандусов, никто не скажет, что это плохо. Всем будет хорошо. Любому человеку приятно просто гулять по городу с интересной разнообразной средой, не спускаясь в подземные переходы и не пересекая эстакады. Если появится такая возможность, разве кто-то от этого откажется? Москвичи мечтают об изобретении телепорта, чтобы перемещаться из точки А в точку Б, никак не соприкасаясь с городским пространством.
Для меня возможность и желание людей гулять по городу является показателем качественной городской среды. Мало кто из чиновников мыслит такими категориями. Их представление о том, что такое комфортное городское пространство, и представление тех людей, которые этим пространством пользуются, грубо говоря, не соответствуют друг другу. Часто ли вы видели крупных чиновников гуляющими по городу? Не с инспекцией или осмотром, а именно для своего удовольствия? Люди, живущие за городом, работающие у себя в резиденции в центре города и перемещающиеся на кортежах, просто не имеют опыта взаимодействия с городским пространством, и, соответственно, они не видят ситуацию так, как горожане, непосредственные пользователи города. Чаще всего чиновники думают: «Мы же благоустроили вам сквер, поставили лавочки – что еще нужно?», а цельного сценария ежедневного существования в рамках города у них нет. И как раз когда мы говорим об их «среднестатистическом человеке» и слогане «город для всех», мы получаем город ни для кого, потому что горожане это сложная по составу общность людей, где у каждого есть свои устремления, приоритеты, мысли, мечты и свое видение города, соответственно. Именно поэтому мне кажется совершенно ошибочным стремление опираться на какие-то соцопросы. Нужно учиться проектировать город для каждого из сегментов общества.

– Сейчас настали времена, когда городской бюджет нужно экономить, а многие планы по улучшению, реконструкции, модернизации отходят на второй план. Как под эту ситуацию подстраиваться социальным проектам?
– Был такой замечательный мэр бразильского города Куритиба Жайме Лернер, который сказал великолепную фразу: «Творчество начинается тогда, когда вы зачеркиваете в бюджете ноль». (Улыбается.) На самом деле, наличие большого бюджета вовсе не означает, что вы справитесь с задачей эффективнее. Если мы не понимаем, для кого мы создаем тот или иной проект, как люди будут этим пользоваться, какие у них потребности и сценарии взаимодействия с городским пространством, то велика вероятность, что наши решения не будут работать. В этом смысле, я считаю, нужно менять всю систему принятия решений, и при этом не всегда стоит рассчитывать на государство.
Вообще, люди в России всегда уповают на помощь правительства, и во многом именно это не позволяет начинающим проектам стать устойчивыми. Несколько моих друзей брали гранты у государства и пожалели об этом буквально на следующий день: получили тысяч пятьдесят, а бумаг и отчетов пришлось заполнять столько, что это отняло все время, отведенное на работу с проектом. Поэтому сейчас необходимо искать новые бизнес-модели, которые заинтересуют людей, заинтересуют спонсоров и дадут каждой из сторон дополнительную ценность. Я считаю, что лучше не рассчитывать на поддержку государства в плане денег, а приходить уже с готовым проектом, с поддержкой бизнеса, когда от чиновников вам нужна только бумажка о том, что они, в принципе, не против вашей идеи. При этом не надо забывать о дополнительной ценности, пользе, которую вы можете принести чиновникам. Если вы приходите и говорите: «Мы все для вас сделали, а вы только приезжаете и перерезаете красную ленточку», чиновник увидит плюс для своего реноме, ведь он поддержал социальный проект. Для нас же не важно, кто, собственно, будет светиться в газетах, важно, чтобы проект заработал. Так что здесь нужно постоянно лавировать и искать интерес каждой из сторон, а про это многие забывают.

– Архитектура города часто говорит о его жителях. Какими вам показались Екатеринбург и екатеринбуржцы?
– У российских городов есть одна большая проблема: они похожи друг на друга. Я много где побывал и в какой-то момент просто перестал понимать, в каком городе я нахожусь: чем Ижевск отличается от Екатеринбурга, Казань от Архангельска, Краснодар от Перми... И это, конечно, плоды стремительной урбанизации, которая пришлась в России на 50-60-е годы, с попыткой решить жилищный вопрос. Никита Сергеевич решил тогда одну важную задачу: он обеспечил подавляющее количество людей собственным благоустроенным жильем, задав высокий строительный темп, который по-прежнему держится. Для сравнения, в Лондоне 50-х годов население практически не росло, и в подобном масштабном однотипном строительстве там не было необходимости. Усадьбы и дома, сохранившиеся с викторианской эпохи, вполне справлялись со своей задачей, в то время как в Москве конца 50-х окраиной была Красная Пресня, а сейчас она считается центром города.
Стремительный темп урбанизации, когда люди из деревни приезжали в города, требовал обеспечения жильем, поэтому было организовано промышленное производство и «хрущевку» можно было собрать за 12 дней. Проблема базовых потребностей была решена, но проблема качества – проигнорирована из-за существующей в то время модели общества и модели экономики. Поэтому российские города испытывают на себе последствия этой индустриальной эпохи и продолжают развиваться в соответствии с теми принципами. Жизнь уже поменялась, а система остается неизменной, потому что нет запроса. Люди не хотят переезжать в дом нового качества или в среду нового свойства, они хотят переехать в квартиру побольше. Раньше они жили в «хрущевке», теперь они будут жить в монолитном 17-тиэтажном доме, а суть при этом не поменяется. Как и раньше, городское развитие тесно связано с основами строительства. Основной посыл: «мы должны выводить в год 25 млн. кв. м жилья, значит, нужно построить новый микрорайон». А когда специалисты предлагают провести работу в уже существующем контексте, в существующих постройках, это не воспринимается правительством как развитие города. Именно поэтому многие города похожи на бублики: их периферия растет, в то время как центр становится заброшенным и пустым. И когда придет осознание этого феномена, тогда, возможно, города начнут проявлять свою индивидуальность.

 

Благодарим «Культурные лаборатории Белой Башни» за помощь в организации интервью.
Текст: Соковнина Вероника

Комментарии

Оставить комментарий:

Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи.

Другие интервью

© 2010—2018 Berlogos.ru. Все права защищены. Правовая информация Яндекс.Метрика design Создание сайта