Интернет-журнал о дизайне и архитектуре
9 июня 2016 г.

Мис архитектуры. Творческое кредо ван дер Роэ

Людвиг Мис ван дер Роэ (1886–1969) – архитектор-модернист, представитель «интернационального стиля», полжизни отдавший сначала Германии, а затем – США. Его американские постройки, главное для которых – универсальность, стали знаковыми для Нью-Йорка и Чикаго и оказали огромное влияние на облик мегаполисов в XX веке. Мис, как коротко называли архитектора при жизни и в зарубежных исследованиях, был немногословным человеком и не «воевал» в печати или на трибуне за свои идеи, как это делали его современники Райт, Ле Корбюзье или Гропиус. Тем ценнее узнавать его соображения об архитектуре и творчестве, отражённые в немногих интервью и выступлениях. 

Архитектура – поле боя для духа. Она пишет по-своему историю эпох и даёт им их имена. Архитектура зависит от своего времени. Она есть кристаллизация его внутренней структуры, постепенное раскрытие его формы. (1950)

Архитектура воплощает пространственное противостояние человеческого существа с его окружающей средой; архитектура выражает то, как человек утверждает себя в контексте и как овладевает им. 

Павильон в Барселоне, 1929 

Природа должна жить своей собственной жизнью, нам не следует разрушать её красками своих домов и интерьеров. Но мы должны стремиться к тому, чтобы придать природе, домам и людям высшее единство. Когда вы смотрите на пейзаж сквозь стеклянные стены Фэрнсуорт-хауc, он приобретает более глубокое значение, чем в том случае, когда вы созерцаете его, находясь вне здания. К пейзажу предъявляются большие требования, когда он становится частью более обширного целого. (1953) 

Архитектура – воля времени, перенесённая в пространство. Живая. Развивающаяся. Новая. Не вчера. Не завтра. Только сегодня она обретает форму. (1923) 

Бог – в деталях. (1959) 

Меньше – значит больше. 

Ясная конструкция – основа для свободного плана. То, что не имеет ясной структуры, нас вообще не интересует. Если вы станете сначала разрабатывать план и внутренние пространства, всё застопорится и будет невозможно создать ясную конструкцию. Конструкция – это становой хребет здания, благодаря ей и возможен свободный план. Без этого станового хребта план был бы не свободным, а хаотическим и потому затрудняющим использование здания. (1953) 

Свободный план – новая концепция, и у него есть своя грамматика, как у нового языка. Многие думают, что свободный план означает абсолютную свободу, но это не так. Свободный план требует от архитектора такой же дисциплины и вдумчивости, что и традиционный план. (1953) 

Мис и жилые высотки на Лейк-Шор-Драйв 

Я фактически ярый противник идеи, что специфика здания должна иметь индивидуальный характер, – скорее, характер должен быть универсальным, определяемым общей проблемой, которую архитектура должна стремиться решить. (1961) 

Наши утилитарные здания могут быть достойными имени творений архитектуры только в том случае, если они правильно интерпретируют наше время своей совершенной функциональностью. (1924) 

Железобетонные здания по своей сущности – каркасные здания. Ни рыхлости, ни бронированных башен. При несущих конструкциях поясов – ненесущая стена. Здания из кожи и костей. (1923) 

Федеральный центр Чикаго, 1974 

Новая эра – это факт: она существует, независимо от того, нравится она нам или нет. Впрочем, она не лучше и не хуже всякой другой эры. Она – чистое данное, не содержащее в себе никакой оценки. <…>

Не будем придавать чрезмерного значения механизации и стандартизации. Признаем как факт изменение экономических и социальных условий. Все эти условия развиваются своим путём – слепо и фатально. (1930) 

Наша эпоха – не время пафоса; мы не столько почитаем взлёты духа, сколько ценим разум и реализм. Нужно ответить на требование, которое предъявляет наше время, – требование реализма и функционализма. Только тогда наши здания будут выражать потенциальное величие нашей эпохи. (1924)

Мис и Филип Джонсон (слева) за обсуждением Сигрем-билдинг 

Образец анонимности являют собой наши инженерные сооружения. Гигантские плотины, индустриальные комплексы и огромные мосты строятся как нечто обыденное, и с ними не связывают имя проектировщика. Они предвосхищают технику будущего. (1924) 

Техника – нечто гораздо большее, чем метод, она таит в себе целый мир. Её можно сравнить только с античным открытием человека как личности, с римской волей к господству и средневековыми религиозными войнами. (1950) 

Если бы человек каждый день изобретал что-нибудь новое, мы бы никуда не ушли. Ничего не стоит придумать интересные формы, но требуется очень многое, чтобы их разработать. Виолле-ле-Дюк показал, что 300-летнее развитие церковной готики было разработкой и усовершенствованием одного и того же типа структуры. Поэтому мы намеренно ограничиваем себя теми структурами, которые реальны в настоящий момент, и разрабатываем их во всех деталях. Тем самым мы хотим создать основу для дальнейшего развития. (1953) 

Мис и студенты Технологического института Иллинойса 

Когда я переехал в США, то несколько лет жил в гостинице в Чикаго. У меня были только три потребности – мартини, сигары Dunhill и дорогая одежда. А также три ценные вещи – произведения Макса Бекмана, Василия Кандинского и Пауля Клее. 

Романтики не любят мои здания. Для них они холодные и строгие. Но мы не строим для удовольствия. Мы строим ради определённой цели. 

Моя концепция не выйдет из моды по двум причинам. Она прогрессивна, так как использует научные и технические достижения и основные возможности нашего времени. И в то же время она консервативна, поскольку сосредоточена не только на пользе, но связана и со смысловым значением; сосредоточена не только на функции, но и на выражении; основана на вечных законах архитектуры: порядок, пространство, пропорции. (1961) 

Что же является задачей архитектуры? Я спрашивал Петера Беренса, но он не смог мне ответить. Может, он просто не понимал вопроса. Тогда мы пытались отыскать ответ сами и исследовали залежи древней и средневековой философии. С того времени, как мы поняли, что это – вопрос истины, мы пытались найти, чем же действительно является истина. Мы были очень обрадованы, найдя определение у Фомы Аквинского: «Истина есть сущность факта». Я никогда не забываю этого. Это обнадеживающий и направляющий свет. Чтобы действительно понять, чем является архитектура, мне понадобилось пятьдесят лет – полстолетия. (1961) 

Сейчас существуют две главные тенденции. Одна имеет структурную основу, и мы можем назвать её объективной. Другая имеет пластическую основу, и мы можем назвать её эмоциональной. Вы не можете смешивать их. Архитектура – не коктейль. (1961) 

В архитектуре есть розы и картофель, но есть плохой картофель, так же, как и хороший, и плохие розы, так же, как и прекрасные. 

Какое здание я хочу построить ещё? Собор. (1968; за год до смерти) 

Архитектура зависит от эпохи, это не мода, но она и не вечна – она часть эпохи. Понять средства эпохи, понять её сущность, а не нечто видимое, внешнее. Но найти существенное для эпохи очень трудно, и процесс раскрытия большой формы протекает очень медленно. Эта большая форма не может быть введена вами или мною, но мы работаем над нею, не осознавая этого. И когда большая форма становится понятной до конца, то эпоха завершается, наступает нечто новое. (1961) 

Главное, в чём убедили меня преподавание и творческая работа, это в необходимости сохранять ясность в мыслях и действиях. Без ясности не может быть взаимопонимания. А без взаимопонимания нет направленности – только путаница. (1960) 


Текст: Кузнецов Павел

Комментарии

Оставить комментарий:

Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи.

Другие статьи

4 октября 2018 г.
27 сентября 2018 г.
19 сентября 2018 г.
11 сентября 2018 г.
23 августа 2018 г.
22 августа 2018 г.
14 августа 2018 г.
10 августа 2018 г.
3 августа 2018 г.
30 июля 2018 г.
25 июня 2018 г.
29 мая 2018 г.
© 2010—2018 Berlogos.ru. Все права защищены. Правовая информация Яндекс.Метрика design Создание сайта