Интернет-журнал о дизайне и архитектуре
14 августа 2017 г.

Эстетика спонтанности. Люсьен Кролль и его убеждения

Тема спонтанной архитектуры стала активно звучать в последние годы: история о том, что архитектор больше не диктует людям условия их жизни, а придумывает гибкие адаптивные системы, становится одной из возможных архитектурных установок. Действенность такого подхода доказали, например, работы Алехандро Аравены и Дьебедо Франсиса Кере, основанные на тесном общении с будущими пользователями. Этот взгляд разделяют многие менее звёздные архитекторы.

Сюжет, связанный со спонтанной архитектурой, которая активно развивается и после того, как уходит архитектор, можно отыскать и в архитектуре XX века: в 70-е годы его активно разрабатывал бельгийский архитектор Люсьен Кролль (Lucien Kroll).

Большая часть проектов Кролля построена в его родной Бельгии. Человек, которому сегодня девяносто лет, одним из первых в Европе озвучил идею о том, что архитектура не должна сводиться к единственной и безусловной воле архитектора, а вместо этого должна оставаться незавершённой, готовой к трансформации и новым потребностям своих обитателей.

Люсьен Кролль рисует эскиз одного из своих частных домов

Кролль активно выступал против однажды принятой программы здания, против жёсткого деления на комнаты, против регулярных фасадов – во всём этом он видел нечто граничащее с милитаризмом, с желанием подчинять людей, и стремился уйти от этого как можно дальше.

Тут важно отметить и то, что Кролль утверждал всё это на излёте модернизма, то есть после сорока лет серийного производства типовых элементов, и каждый его проект носит подчёркнуто нетиповой характер.

Самый легендарный проект, в котором воплотился профессиональный манифест архитектора, – кампус медицинского факультета в городе Лувен. Ближе к концу работа Кролля  над зданием была прервана, потому что университет UCL, для которого оно строилось, увидел в нём существенное культурное несоответствие собственным задачам.

Это здание позже прозвали иконой демократической архитектуры. Оно известно под именем MéMé (Maison des Médecins), здесь располагается общежитие медицинского отделения.

Множество жилых ячеек открыты по отношению друг к другу, и это отнюдь не означает отсутствия частного пространства. Большие и разнообразные террасы, соединённые лестницами на разных уровнях, образуют настоящий улей, обитатели которого могут попадать друг к другу.

Здание расположено между станцией метро Альма, которую Кролль также разрабатывал, и больничным блоком. Сложная структуру MéMé и его разнообразная живописность резко контрастируют с чистотой модернистского больничного корпуса.

Здание в основном построено из кирпича. Мозаичный, почти коллажный фасад состоит из смеси окон и деревянных, металлических и железобетонных панелей. Эти элементы имеют некие модульные размеры, и из сочетания разных модулей появляется сложный паттерн. Одна из частей здания имеет фасад с крупным остеклением – здесь находятся комнаты на одного студента.

В 1975 году архитектор закончил небольшое монастырское здание для доминиканских монахинь в коммуне Оттиньи. Небольшой орден из 13 пожилых сестёр заказал ему дом, в котором удобно было бы жить общиной. Корпус из двух зданий стоит среди деревьев на склоне холма. Серия жилых блоков, расположенных в шахматном порядке и соединённых короткими коридорами, в перспективе позволяет ему превратиться из дормитория в серию небольших отдельных жилищ, расположенных вокруг общего двора. Здание построено из недорогих материалов – местного кирпича и бетонных плит. Их грубые, шероховатые поверхности намеренно не обрабатывались, чтобы подчеркнуть ощущение аскезы. Часть кровельного металла переходит на фасад, превращая его в весёлый архитектурный паттерн. 

Несмотря на намеренную простоту и незамысловатость постройки, в ней есть изящная крыша из стекла, расположенная над главным залом, в котором собирается орден: контраст между этим изяществом и кирпичными дымоходами, проходящими сквозь крышу, превращают её в неожиданную деталь. Архитектор занимался и разработкой интерьера, в котором появилось несколько милых нюансов: например, дубовые двери от старого гардероба, сохранившегося в ордене, стали элементами посудного шкафа.

После этого Кролль сделал ещё один проект для доминиканского ордена: он перестроил ферму Фройдмент, расположенную к югу от Брюсселя, в небольшой монастырь. Ферма XVIII века имеет в своей структуре что-то крепостное: п-образный объём выстроен вокруг внутреннего двора. Кролль превратил амбар в северной части постройки в церковь, крыша которой, как и в Оттиньи, перекрыта стеклом, поэтому падающий свет резко выделяет алтарную часть.

Бывшая конюшня превратилась в трапезную, а прямо над ней появилось жильё для монахов и посетителей монастыря. Каждый юнит внутри жилого блока имеет два уровня: небольшую гостиную на двух человек и спальню, расположенную выше.

Ещё одним новым зданием стала библиотека, которая доступна всем жителям в окрестности. Для строительства всех новых частей использовался только старый кирпич, появившийся в результате перестройки.

Кролль оставляет своим зданиям право на органический рост: идея незавершённости переходит у него в идею спонтанности, которая обретает очень важное, авторское звучание в форме и материальности зданий. Архитектор использует простые традиционные материалы: дерево, камень, черепицу, кровельный металл – всё это существовало задолго до него и будет существовать долго после.

Его здания, похожие на нагромождение этажей и блоков, выглядят очень живыми, а многочисленные детали делают их невероятно интересными. Эта архитектура совсем далека от классической чистоты форм, от модернистского пуризма, от намеренных постмодернистских нелепостей: странные вещи на фасадах появляются у Кролля не в качестве жеста и не в попытке иронически осмыслить наследие прошлого – они появляются как естественное и очень простое продолжение внутренней жизни здания.

Эскиз для кампуса MéMé

Профессиональная позиция Кролля построена на том, что архитектор должен создавать условия для социальной динамики: понимая суть человеческих взаимоотношений, он в силах  создавать пространства и ситуации, в которых эти отношения могли бы состояться.

В то же время он смотрит на здание как на живую губчатую ткань, которая появляется, чтобы затем меняться под влиянием своего окружения. Здания Кролля не выглядят так, будто их никто не проектировал – в них прочитывается ясная идея, но в то же время они не пугают своей абсолютностью и бесповоротностью: глядя на них легко предположить, что они будут удобны любому человеку, который захочет их освоить.

64
Текст: Патимова Полина

Комментарии

Оставить комментарий:

Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи.

Другие статьи

1 сентября 2017 г.
19 июля 2017 г.
6 июня 2017 г.
22 мая 2017 г.
26 апреля 2017 г.
7 апреля 2017 г.
28 марта 2017 г.
21 марта 2017 г.
6 марта 2017 г.
3 февраля 2017 г.
2 февраля 2017 г.
24 января 2017 г.
12 января 2017 г.
© 2008—2017 Berlogos.ru. Все права защищены. Правовая информация Яндекс.Метрика design Создание сайта