Интернет-журнал о дизайне и архитектуре
13 октября 2017 г.

Архитектура личности. Фернандо Менис | Fernando Menis

В какой-то мере, мы все сегодня находимся в ситуации вины перед природой. Технологический прогресс последних двух столетий привёл к таким глобальным катаклизмам в экосистеме планеты, каких человечество не знало за всю предыдущую историю. За комфорт и удобство среды обитания мы платим отчуждением от природы и всевозрастающим напряжением в наших взаимоотношениях. Промышленные бумы, индустриализация и жёсткая урбанизация постоянно увеличивают дистанцию между естественным и искусственным.

Всё это не может не тревожить совесть цивилизованного общества («нецивилизованные общества» этих проблем не знают), поэтому во всех его сегментах мы наблюдаем реакцию. Особенно это касается сферы культуры и искусства. Здесь реакция достигает наибольшей интенсивности в архитектуре: ведь во многом посредством рациональной организации жилого пространства человек покидает лоно природы и именно архитектура теснее всего связана с технологическими и промышленными процессами. Поэтому архитектор как никто другой в многочисленных попытках «извиниться» перед матерью-природой или хотя бы приблизиться к ней, изловчился в вопросах природоориентированной этики.

Уподобление природным и биологическим формам в современной эстетике стало программным методом многих архитекторов. Всем нам известны такие имена, как Кен Янг, Сантьяго Калатрава, Никалос Гримшоу или Фрай Отто, заимствующие структурную основу своих зданий у флоры и фауны. Но особым образом среди них стоит испанский архитектор, уроженец солнечных и скалистых Канарских островов – Фернандо Менис.

Назад к камням

Последовательно двигаясь в русле актуальной природоориентированной архитектуры, Фернандо создаёт выразительные здания, которые радикально вписаны в ландшафт, хотя это уже не просто «вписанность», а мимикрия.

Свои первые проекты он реализовывал в соавторстве с двумя другими архитекторами – Фелипе Артенго (Felipe Artengo) и Хосе Мария Родригез Пастрана (José Maria Rodriguez Pastrana) (архитектурное бюро AMP). Видимо, общим знаменателем в стилевых поисках архитекторов служили культурные и природные особенности родного региона, что отразилось уже на начальном этапе их творческой коллаборации.   

Президиум Канарских островов

Бюро AMP сразу вызвало доверие муниципалитета, и в 1999 году по заказу властей было построено одно их главных правительственных зданий Тенерифе. Возведено оно было вокруг старого патио, которое кроме своего историко-культурного значения стало связующим центром всего комплекса. На момент строительства президиума от патио сохранилась двухуровневая резная деревянная галерея с фигурной балюстрадой и широко остеклёнными просторными балконами. 

Элементы традиционного канарского деревянного зодчества продолжаются в интерьерах здания: сохранены деревянный пол, дубовые колонны и массивные двери.

Но ведущим материалом стал камень. В отделке интерьеров использовался различный камень с семи Канарских островов, архитектурно и символично соединённых в правительственном здании.

Композицию внешнего облика комплекса характеризует сложное структурное сцепление трапециевидных и кубических объёмов, в облицовке которых используется два различных материала. Нижние, «выходящие из земли» глухие массы, отделаны необработанным камнем чёрной базальтовой породы, с юга Тенерифе. Верхние врезанные объёмы отличаются ровной текстурой. Более лёгкие и светлые, они создают контраст грузности тяжёлых масс, довлеющих здание к земле. 

 

Композиционная сложность проектов студии AMP во многом диктуется окружающим ландшафтом. Чтобы повторить запутанные и замысловатые изгибы островной скалистой полупустыни, архитекторам приходится изрядно экспериментировать с формой.

Особенно это видно на примере Magma Art & Congress – многофункциональном архитектурном комплексе, за стенами которого проводятся выставки, музыкальные концерты, театральные постановки.

Экспрессивная нелинейная стилистика здания дала повод критикам сравнивать его с проектами Ф. Гери. Но как отмечал Фернандо Менис: архитектура комплекса, несмотря на её выразительные формы и напряжённую динамику, за отсутствием вертикальных жестов не становится доминантой местности, не стремится стать формальным центром притяжения, наоборот, она растворяется в окружающей среде (что, конечно, не похоже на Гери, здания которого главенствуют над местностью).

Несмотря на формальную сложность, система строительства довольно проста. Здание имеет металлическую конструкцию высотой 45 см и 12 бетонных монолитов, на которые опирается крыша.

 

Плавные, «текучие» линии крыши напоминают о близости моря, а разрывы между «волнами» служат естественным вентиляции и освещению.  

Особое внимание уделялось используемому материалу. Главной задачей было приблизить архитектуру к окружающему ландшафту, поэтому в бетон добавляли местный каменный заполнитель chasnera, для имитации текстуры вулканических пород (отражённой в названии – Magma). С этой же целью поверхность материала внешней облицовки отбивали пневматическим молотком.

Для крыши использовалась смесь растительных волокон и бетона, с цветовой нюансировкой, подобной местному камню.

Интересны решения архитекторов в интерьерах. Основной зал вмещает до 3000 человек, но в отсутствие крупных концертов, площадь, с помощью специальных панелей, может быть поделена на несколько небольших комнат по 300 мест, где удобно будет проводить конференции, конгрессы и выставки.

В период строительства Magma Art & Congress, в 2004 году, Фернандо Менис создаёт собственную студию – Fernando Menis Architects с главным офисом в Тенерифе и филиалами в Мадриде и Валенсии.

В уже своей собственной студии Фернандо разрабатывает проекты, которые в концептуальной и эстетической основе сохраняют выработанные ранее принципы, но по разным причинам изменяются по способу формообразования.

В 2008 году бюро Мениса строит в Сан Кристобаль де ла Лагуна Святую церковь Спасителя (Holy Redeemer Church).

Церковь стала первым для архитектора проектом культового назначения, поэтому здесь он должен был встретиться с особым отношением к пространственной организации. Несмотря на независимость современной архитектуры от каноничности религиозного зодчества, ей всё же приходится считаться с необходимостью воссоздания определённых архитектурных констант, основанных на религиозной идее.

Для создания атмосферы духовности и сопутствующей ей возможности углублённого сосредоточения, архитектор оставляет внутренние помещения первого этажа пустыми. Аскетичный образ дополняется грубой обработкой стен храма. Холодное спокойствие камня должно вызывать в посетителе соответствующий настрой. 

Единственное, что разбавляет монотонную пустоту каменных стен, это особая игра света, которая наполняет пространство дополнительным мистическим измерением.  

 

Свет привлекается здесь как композиционный элемент. В сочетании с пространством он образует эстетическую конфигурацию, которая в свою очередь задаёт необходимый смысл. Особо выразителен световой крест, проецируемый из высеченного двумя штрихами распятия в стене. 

Освещение и вентиляцию интерьеры получают естественным образом из расщелин, образованных за счёт нагромождения друг на друга основных архитектурных масс – крупных бетонных плит. 

В основу архитектурно-композиционной структуры внешнего образа здания архитектор помещает действие естественной силы тяжести, задающей также условие тектонического равновесия. Но масса и давление плит образуют сильную центробежную динамику, под которой целостность здания будто расслаивается, как под натиском мощных тектонических сдвигов. 

  

Узнаётся почерк архитектора, с его любовью к природным особенностям региона. Попытка выразить естественный природный процесс, намекнуть на незавершённость, на фатальную созависимость искусственного человеческого и естественного природного. Своего рода утверждение динамическими средствами четвёртого измерения пространства – времени.

При знакомстве с проектами Ф. Мениса, удивляешься парадоксу: человечество шагает столетиями эволюции, чтобы потом, в XXI веке, повернуть голову к своей первоначальной среде обитания.  Представьте, эстетически привлекательным зданием становится пещера. В этом есть некая ирония.

Концертный зал Jordanki в польском городе Торунь – наверное, самый нашумевший проект архитектора.

Построен он был на границе с исторической застройкой, переходящей в зелёную территорию, часть которой и была отдана под застройку. Но и выделенную часть Фернандо решил использовать наполовину. На оставшейся разбили парк. Чтобы выиграть в площади и не выйти за высотную границу, здание углубили в землю на 3 этажа.

Внешне комплекс имеет уже традиционные для архитектора стилевые черты. Монументальность крупных криволинейных объёмов, будто естественно рассечённых геологическими силами. Отсюда напористость и некоторая брутальность, сильное давление к земле, которое архитектор лишь частично разбавляет вставками окон и широких лоджий со сплошным остеклением.

Обособленность от плотной городской застройки позволила архитектору создать здание почти со скульптурной свободой. Ничем не стеснённая подвижная пластика развивается во всех трёх направлениях. 

Облицовка фасадов светлой бетонной плиткой разрешается участками своеобразной текстуры – смеси битого красного кирпича с бетоном. Метод pikado, разработанный в ходе экспериментов с материалом самим архитектором, в данном случае подчёркивает специфику историко-культурного наследия региона – красный кирпич является основным строительным материалом исторических зданий. 

Но, конечно, наиболее выдающаяся и с композиционной, и эстетической, и с технологической стороны часть проекта – это внутренние пространства. Под сводом застывших осадков горных создан концертный зал. Сложнейшая игра криволинейной и неоднородной плоскости и резких скачков ломаных линий, усиленная дробным мерцанием битого кирпича на фоне серого бетона.  Да, понятно, гора не нуждается в декоре. Она уже непревзойдённо выразительна.

Сильный эффект создаёт и освещение всего этого оригинального архитектурного пространства 

 

Вообще, концертный зал – один из самых сложных архитектурных объектов: необходимо учитывать акустические свойства помещения, организовывать зрительские места и т. д. У Фернандо уже был опыт сопровождения подобных проектов. Здесь, как и в Magma-центре, территория зрительного зала, в зависимости от типа проводимого мероприятия, при помощи панелей-перегородок, может модифицироваться. Но всё же без новаторства не обошлось: в потолок были вмонтированы кинетические панели, которые выстраиваются в нужную комбинацию, когда необходима корректировка звучания.

Мы сегодня становимся свидетелями беспрецедентного для истории случая, когда начало стало концом, когда первичные жилые формации становятся основой современной эстетической парадигмы. Возможно, внимание к художественной композиции пещерных рисунков древних людей таких художников, как Пикассо, имеет те же установки, но настолько радикально это видно на примере архитектуры.

Возврат к био- и геоподобным структурам, вероятно, не просто претензия выделиться причудливостью формы. В подражании и заимствовании происходит поиск новых средств выразительности и технологических возможностей. Можно сказать, что в этом поиске меняется метод, происходит формальная и концептуальная редукция от архитектуры, как рациональной, рассчитывающей и планирующей деятельности, к архитектуре гибкой, непредсказуемой, но естественной природы.

Читайте также:

Архитектура личности. Доминик Кулон

Строительство с учётом климата и ландшафта

Фернандо Менис: «Разум и эмоция – основные критерии проекта»

105
Текст: Миронов Денис

Комментарии

Оставить комментарий:

Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи.

Другие статьи

22 ноября 2017 г.
27 октября 2017 г.
3 октября 2017 г.
1 сентября 2017 г.
19 июля 2017 г.
6 июня 2017 г.
22 мая 2017 г.
26 апреля 2017 г.
7 апреля 2017 г.
28 марта 2017 г.
21 марта 2017 г.
© 2008—2017 Berlogos.ru. Все права защищены. Правовая информация Яндекс.Метрика design Создание сайта