Интернет-журнал о дизайне и архитектуре
4 декабря 2017 г.

57 Кривоарбатских шестигранников

Двое любовников Кривоарбатских – так поэт Андрей Вознесенский назвал мастерскую известного архитектора Константина Мельникова. Частный дом с уникальной планировкой был построен в центре Москвы в 1927-1929 годах, когда вокруг возводились одни коммуналки. Признанный даже советской властью, этот эксперимент стал вершиной творчества мастера. Сегодня здание считается памятником архитектуры советского авангарда, но его состояние с годами только ухудшается.

Мечта о собственном доме-мастерской появилась у Константина Мельникова ещё во время учебы в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. Принципиальным для мастера было сочетание жилого и рабочего пространства, потому что именно домашняя атмосфера питала его творчество.

Интерьер дома-мастерской архитектора Мельникова

В начале 1920-х Мельников уже активно делал эскизы будущего дома и находился в поиске идеальной, по собственному представлению, формы здания, как бы примерял пространство на себя и свою семью. Он рассматривал варианты квадратной в плане постройки с русской печью в центре и усечённой пирамиды со встроенными в наклонные стены антресольными помещениями. Окончательный вариант проекта одноквартирного жилого дома – сочетание двух врезанных друг в друга цилиндров – был утверждён к строительству 19 июня 1927 года.

Эскизы квадратного в плане дома-мастерской, 1920-1921 годы

Один из «круглых» вариантов проекта, 1922 год

Проект дома-мастерской. Аксонометрия, 1927—1929 годы

«В 1927 году участки для застройки раздавал от Моссовета тов. Домарев, – писал в своих воспоминаниях Константин Мельников. – Увидя макет нашего дома, он решительно отказал всем конкурентам от госучреждений, заявив, что легче найти участки, чем построить такой Архитектуры дом. «Отдать Мельникову участок». Он не был архитектором и едва ли имел образование, он был просто рабочий».

Схематический план участка с согласующими подписями и пометками К. С. Мельникова

Для строительства был выбран прямоугольный участок в Кривоарбатском переулке площадью 18×32 м. Объёмная композиция дома представляет собой два разновысоких вертикальных цилиндра одинакового диаметра, врезанных друг в друга на треть радиуса и образующих тем самым необычную форму постройки в виде цифры 8, ориентированной по направлению север – юг.

Утверждённый проект строительства. Планы этажей и здание в разрезе

«Не в перекор и не в угоду укладу, составившему общую одинаковую жизнь для всех, – говорил Константин Мельников, – я создал в 1927 году в центре Москвы, лично для себя, дом с надписью: «КОНСТАНТИН МЕЛЬНИКОВ АРХИТЕКТОР», – настойчиво оповещающей о высоком значении каждого из нас».

Стены дома выложены особой узорчатой кладкой из красного кирпича со сдвигом вдоль стены через ряд и поперёк стены через два ряда. Предложенная Мельниковым система каркаса обеспечила равномерное распределение напряжений по всей стене и исключила необходимость в несущих столбах и перемычках, что позволило архитектору прямо во время строительства мастерской менять расположение оконных проёмов. В стенах северного цилиндра были, например, прорезаны 57 шестигранных вертикальных окон, образующих орнамент, а основную плоскость фасада здания заняло огромное окно-экран.

Пояснительная записка К. С. Мельникова с рисунком конструкции стены здания

Каркас дома в процессе строительства (у дома — К. С. Мельников с женой Анной Гавриловной), 1927—1929 годы

Рисунок шестиугольного окна первого этажа северного цилиндра

Окна западной стороны малого цилиндра. Верхнее окно, единственное восьмигранное в доме

Окно-экран

Ноу-хау архитектора Мельникова стала и конструкция междуэтажных перекрытий. Деревянный тёс, поставленный на ребро, пересекается под прямым углом, образуя сетку из квадратных ячеек размером 0,5×0,5 м, которая с обеих сторон зашита настилом из дерева. Таким образом перекрытие работает как единая плита-мембрана, что позволяет не использовать колонны, стропила и балки.

Мембранная конструкция междуэтажного перекрытия, 1927—1929 годы

«Отсутствие у нас средств заменилось обилием архитектурной фантазии, – вспоминал Константин Мельников, – независимое чувство уничтожило какую-либо зависимость от осторожности; интимность темы открыла грандиозные перспективы нерешённых проблем жизни; действительно реальная экономия делала девятиметровый пролёт таким же опасным и не менее новым, каким была в своё время громада Флорентийского собора».

Процесс строительства

Мельников особенно гордился внутренней организацией пространственной структуры: планировка помещений отличается исключительной функциональной продуманностью и отражает взгляды архитектора на ведение семейного быта.

1 этаж

1 – передняя (6,3 м²). Оригинальной является внутренняя стеклянная дверь: ее створка обслуживает сразу два проема. Она может закрывать как переднюю, объединяя коридор с лестницей на второй этаж, так и вход в коридор, как бы удлиняя пространство передней.

2 – столовая (17 м²).

3 – кухня (7 м²). Отсюда хозяйка дома по специальной переговорной трубе (внутреннему телефону) могла общаться с членами семьи, находящимися в других помещениях. Перед двумя шестиугольными окнами размещён рабочий фронт – газовая плита и длинный стол с ёмкостями для продуктов и посуды. Над плитой устроен уникальный для 1920-х годов стеклянный экран-вытяжка, позволяющий удалять воздух через вентиляцию.

4 – коридор (11,7 м²). Кухня, столовая и туалетная комната выходят в коридор открытыми до потолка (высота первого этажа составляет 2,65-2,7 м) проёмами без дверей. Коридор имел выход в подвал, где находилась камера калорифера, из которой тёплый воздух по каналам расходится по всем помещениям дома. Топка калорифера соединена каналом с кухней – по нему вниз сбрасывался мусор, который можно сжечь. В подвале также были устроены кладовая и погреб для хранения продуктов.

5 и 6 – санитарный узел, состоящий из ванной и уборной (7 м²).

7 – две одинаковых по размеру детских рабочих комнаты (4,5 м²) сына и дочери архитектора.

8 – туалетная (гардеробная) комната (11 м²). Вдоль перегородок расположены встроенные шкафы: справа от дверного проёма женский, выкрашенный в белый цвет, слева – мужской жёлтого цвета. В этой комнате хранилась одежда всех членов семьи, стоял диван, туалетный столик, большое трюмо. Здесь Мельниковы переодевались перед выходом на улицу и перед сном.

9 – рабочая комната хозяйки, Анны Мельниковой (5,4 м²). Здесь находился шкаф для белья, место для глаженья, швейная машина.

2 этаж

10 – спальня (43 м²) была предназначена только для сна и была общей для всех членов семьи. В комнате не было шкафов или какой-либо иной мебели, кроме встроенных в пол трёх кроватей – двуспальной для родителей и односпальных для сына и дочери, которые зрительно изолированы друг от друга двумя радиально расположенными перегородками-ширмами, не соприкасающимися между собой и не доходящими до наружных стен.

11 – гостиная (50 м²).

3 этаж

12 – мастерская Константина Мельникова (50 м²), которая освещается 38 шестиугольными окнами, образующими сложный орнаментальный рисунок. Использованный приём освещения придавал помещению необычный облик и создавал идеальные условия для рабочего места архитектора – свет шёл со всех сторон, и рука не затеняла чертёж.

13 – терраса. Выступ малого цилиндра образует в мастерской антресоль, с которой Мельников любил рассматривать разложенные на полу эскизы и рисунки. С антресольного балкона имеется выход на террасу, ограждённую глухим парапетом.

«Мною употреблён принцип распределения жилых помещений не применительно к членам семейства персонально, – говорил Константин Мельников, – а по функциям этих жилых помещений. Так, например, спальня – одна, и это только спальня, это даёт возможность соблюдения наибольшей гигиеничности».

В 1987 году экспериментальному жилому дому Мельникова был присвоен охранный статус. Здание является объектом советского культурного наследия (памятником истории и культуры) регионального значения.

В октябре-декабре 2012 года по поручению Москомнаследия было проведено полное обследование конструкций дома знаменитого архитектора. Специалисты оценили техническое состояние мастерской как неудовлетворительное: в стенах, перегородках и перекрытиях здания есть трещины. На примыкающем к нему участке отмечены многочисленные оседания грунта.

Сегодня здание передано в ведение Государственного музея архитектуры имени А. В. Щусева и в нём расположена мемориальная часть экспозиции Государственного музея Константина Мельникова и его сына, художника Виктора Мельникова.

Сын архитектора Виктор Мельников

Можно почитать:

Полёт Мельникова за архитектурой

Коктейль Шиндлера

«Сияющий лоб» Фрэнка Ллойда Райта

Хижина великого человека

59
Текст: Фокина Ирина

Комментарии

Оставить комментарий:

Оставить комментарий могут только зарегистрированные пользователи.

Другие статьи

11 декабря 2017 г.
22 ноября 2017 г.
27 октября 2017 г.
3 октября 2017 г.
1 сентября 2017 г.
19 июля 2017 г.
6 июня 2017 г.
22 мая 2017 г.
26 апреля 2017 г.
© 2008—2017 Berlogos.ru. Все права защищены. Правовая информация Яндекс.Метрика design Создание сайта